.
Сергей Иванцов. Песни и стихи
Музыка и стихи. Песни из машины
музыка Песни - на компьютере
стихи Стихотворения и тексты песен
дизайн Дизайнерские находки. Web-design & coding
каббала Каббалистическая философия
статьи Статьи для музыкантов-компьютерщиков
тattoo Татуировки - эскизы, фото, статьи
телеги Небольшие рассказы, отрывки, очерки
игрушки Флэш-игры и мультики
разное Эротические обои, фотоальбомы, о собаках
Меню разделов сайта "Ингибитор"
новости
о сайте
ссылки
гостевая
контакт
Сергей Иванцов. Песни из кладовки
Веб-дизайн. Возьми себе код! Дизайн и кодировка веб-страниц iNgibitor - music out of the stream
Разработка веб-страниц, сайтов Флэш-анимация и игры Сергей Иванцов. Автор песен и стихов из Риги Музыка, сделанная на компьютере Песни в формате MP3
 
Дизайн для интернета    
Стихи, тексты песен
  В «Избранное»
Философия каббалистики
 

Адин Штейнзальц. Роза о тринадцати лепестках.

Глава IV. Святость.

Каббалистические тексты

Слово кодеш - святой - буквально означает на иврите "отделенный". Святое, таким образом, - это отстраненное, неприкосновенное и вместе с тем непостижимое; его нельзя понять или даже просто определить, настолько оно отличается от всего остального.

Многое в нашем мире достойно эпитетов "великое", "доброе", "благородное", "прекрасное" , однако все эти качества далеко не всегда содержат в себе хотя бы толику святости, ибо святое - выше любых определений, и само слово "святость" указывает на отдаленность и отстраненность от всех иных имен и обозначений.

Отсюда следует, что Единственный, Кого можно назвать этим именем, - это Святой Б-г, благословен Он, Всевышний, не сходный ни с чем, безмерно от всего отдаленный, превознесенный надо всем и трансцендентный. И все же мы говорим о святости, разлитой во всем мироздании, в каждом из миров, на всех уровнях, и даже в нашем мире, в каждой из трех его составляющих - пространстве, времени и индивидуальности; и сами можем открыться для святости, повысив свою восприимчивость к ее влиянию.

Святость пространства, в котором мы существуем, можно представить себе в виде концентрических кругов, общим центром которых является Святая Святых Иерусалимского Храма. Сам по себе Святой Храм, построенный в точности по указаниям Торы и словам пророков, - средство для укоренения святости в материальном мире, точка соприкосновения между недосягаемой Высшей Святостью и местом на земле, которое избрал для Себя Всевышний. Вместе со всем, что ему принадлежит, начиная от внешних дворов и кончая ритуальными предметами и сосудами. Святой Храм является как бы проекцией миров высшего порядка на наш мир. Каждая деталь Храма может рассматриваться с этой точки зрения как отражение определенной сущности в системе высших миров. Иными словами, весь Храм со всеми его деталями - символ Колесницы, а Святая Святых - место Б-жественного откровения, точка пересечения материального и духовного в мире.

Таким образом, Святая Святых - это точка, принадлежащая одновременно и нашему миру, и иным мирам, место, в котором проявляются все законы мироздания, и потому оно не подчинено общим законам пространства и времени, действующим лишь в нашем мире. Именно поэтому вход в Святая Святых был запрещен любому человеку, за исключением первосвященника, входившего туда на короткое время один раз в году, в Йом-Кипур.

Как можно догадаться, святость этого места раскрывается лишь тогда, когда Храм возвышается там, где ему надлежит находиться, и все в нем устроено в предписанном Торой порядке, необходимом для пребывания там Шхины. Но так как место, где должен был стоять Храм, было указано Всевышним, то святость его сохраняется и после разрушения Храма; это место остается особой точкой в физическом мире, где возможность непосредственной связи с Б-жественным сохраняется на все времена. И хотя святость этого места сегодня не проявляется открыто, возможность такого проявления существует всегда. От места, где стоял Храм, святость распространяется в пространстве концентрическими кругами, и при переходе от одного из них к другому святость места уменьшается: от Святая Святых - к храмовому двору, от храмового двора - к Иерусалиму, оттуда - к границам Святой Земли и так далее. И на каждого из людей, населяющих эти области пространства, налагается особая ответственность, соответствующая святости места, в котором человек пребывает. Чем выше святость места, тем выше связанная с ним ответственность человека, находящегося там, - вплоть до совершенно особых обязанностей, возложенных на священников-коганим, выполнявших свои функции в самом Святом Храме.

Несмотря на то, что святость навечно связана с Землей Израиля, она не может проявиться до тех пор, пока все, что находится внутри ее концентрических кругов с центром в Иерусалиме, вновь не обретет предусмотренную Торой совершенную форму. Пока Храм не стоит на горе Мория, все аспекты святости, исходящей из Святой Земли, проявляются неотчетливо, некоторые из них пребывают в латентном состоянии, указывая лишь на потенциальную возможность проявления святости. Святость связана с самой сущностью Земли Израиля и не зависит от того, кто обитает в Эрец-Исраэль и как ведет себя; земля эта освящена Б-жественным выбором, недоступным человеческому пониманию.

Святость места - понятие объективное и не зависит ни от каких обстоятельств. Однако для ее осознания человек должен удостоиться определенного откровения, ибо святость лишь в исключительных случаях становится явной в материальном мире. В местах, отмеченных святостью, люди затрачивают колоссальные усилия и изливают свои души в молитве, пытаясь вызвать проявление Б-жественного в мире. Но даже святое откровение - очевидное проявление святости в каком-либо особом месте- не только наделяет человека особыми возможностями, но и предъявляет ему строгие требования, ибо для того, чтобы быть в состоянии воспринять святость, человек должен достичь высокой степени духовной чистоты. Без встречных усилий разума и духа человека святость может проявиться лишь в очень слабой, неотчетливой форме, и потому ее воздействие может оказаться прямо противоположным. И часто бывает, что именно тогда, когда святое место, в котором пребывает человек, оказывает на него мощное возвышающее влияние, в душе его рождается столь же сильное мятежное чувство протеста, направленное против этой святости. Ибо в любое место, где она присутствует, стекаются и неодолимо влекомые к ней паразитические силы, пытающиеся жить за ее счет и одновременно стремящиеся ее уничтожить. И только тогда, когда вся система, с помощью которой Б-жественное раскрывается в мире, будет восстановлена и достигнет совершенства, святость места проявится в своем истинном свете перед каждым, независимо от его духовного уровня и от помех, вызванных паразитическими силами.

Итак, понятие "святость места" означает, что в этой точке пространства произошло откровение Высшей Святости, что она была избрана проводником Б-жественного света. Есть освященные места и другого рода, святость которых не абсолютна и определяется лишь влиянием тех или иных событий или личностей. Могилы праведников или мудрецов, например, или места, где происходили определенные исторические события, обладают огромным духовным потенциалом. Однако святость этих мест носит иной характер, нежели святость того места, с которым Сам Всевышний установил особую связь, - Иерусалимского Храма, - и об этой разнице следует помнить.

Святость проявляется и во времени: есть особо освященные дни недели, месяца и года. Время, в еврейском понимании, не является рекой, текущей лишь в одном направлении, - это процесс, в котором прошлое, настоящее и будущее тесно связаны между собой не только в результате причинно-следственных отношений, но и как уравновешивающие друг друга полярные тенденции: устремленность настоящего к будущему, но в то же время и к прошлому. Иными словами, это поток, циркулирующий по кругу и периодически возвращающийся к исходной точке. Символ времени - не прямая линия, а спираль, восходящая с момента Творения; возврат к прошлому совершается в нем, таким образом, постоянно, а само прошлое никогда не исчезает бесследно - оно возвращается вновь и вновь на каждом следующем витке, на новом уровне реальности. Таким образом, жизнь всегда возвращается к основным ситуациям из прошлого, хотя в настоящем и невозможно найти точного соответствия свершившимся когда-то событиям.

Цели этого возврата к прошлому могут быть различными, и движение времени происходит по нескольким связанным друг с другом циклам. Простейший из них - это смена дня и ночи, затем следует чередование недель, месяцев, лет, пятидесятилетних периодов и двух эпохальных циклов - в тысячу и в семь тысяч лет.

Недельный цикл как бы воспроизводит семь дней Творения. Каждый день недели - не только повод для того, чтобы мы вспомнили о работе по сотворению мира в соответствующий этому дню период, но и особое время для проявления определенных свойств бытия, связанных с той или иной сфирой. Ибо семь дней недели и соответствующие им этапы Творения, о которых повествует книга Брейшит, - проявление сфирот во времени. И потому-то одни дни недели больше подходят для определенных действий, а другие - меньше; у каждого из них - своя эмоциональная окраска. Вторник, например, будучи проявлением сфиры Тиферет, считается днем, когда человеку сопутствует удача. В то же время понедельник, день сфиры Гвура, считается наименее благоприятным днем.

Даже каждое время дня и каждый час находятся под влиянием одной из сфирот, приходящей на смену своей предшественнице, подобно тому, как меняется освещенность Земли в зависимости от угла падения солнечных лучей. Наиболее благоприятными считаются утренние часы; с полудня и до вечера нарастает влияние сфиры Гвура; с полуночи и до утренней зари проявляется красота и гармония, свойственные сфире Тиферет...

Суббота, Шабат - это не просто один из семи дней недели; с другой стороны, нельзя сказать и обратное: что он является особым днем, не имеющим отношения к другим. Шабат подводит итог всей прожитой неделе, придавая ей особый смысл. Будние дни соответствуют шести дням Творения, повторяющимся еженедельно в виде нисхождения в мир Б-жественной энергии. Шести дням творения соответствует и шестидневный цикл творческой деятельности человека, совершенствующего мир и приводящего его в порядок. Своим физическим трудом человек изменяет к лучшему материальное в мире, исполнением заповедей он укрепляет духовное в нем. Ибо работа человека над собой, постоянное исправление собственных ошибок и недостатков, стремление жить полной духовной жизнью требует непрерывного творческого усилия.

Шабат, по сути своей, - день покоя, в который прекращаются все труды и все усилия, направленные на созидание. Это относится как к физической деятельности человека, так и к духовной - в субботу не рекомендуется выискивать в себе самом недостатки, чтобы исправить их, ибо в этот святой день человеку следует полностью сконцентрироваться на позитивном. Вся наша неделя заполнена трудом и делами, а в Шабат главное - внутренний покой и полное растворение души в потоке Б-жественного света. Способность к восприятию духовной сущности Шабата проистекает из готовности подчинить свою волю воле Творца, отрешиться от своего будничного образа жизни ради Высшей Святости и этим поднять все мироздание на более высокую ступень.

Шабат является промежуточным днем между прошедшей неделей и будущей. С одной стороны, будние дни, предшествующие Шабату, служат подготовкой к нему, исправляя мир, создавая условия для завершения всех позитивных процессов, происходящих в нем, и перевода его на более высокий духовный уровень. С другой стороны, Шабат - это не только завершение семидневного цикла, но и источник света для шести последующих дней недели. Соблюдать Шабат означает для человека не просто бездействовать, но открыть свою душу влиянию высших миров, зарядившись энергией на весь предстоящий недельный цикл.

Подобно святости места, принадлежащей лишь ему одному и не распространяющейся на другие места, святость дня неразрывно связана с определенным днем и не может быть передана другому. Способностью ощутить эту святость, которая сама по себе объективна, наделен лишь тот, кто духовно восприимчив и подготовлен к этому. Чем интенсивней и искренней готовит себя человек к Шабату на протяжении всей недели, занимаясь своими будничными делами, тем большую святость принесет ему этот день. Чем выше его духовный уровень, тем отчетливее ощущает он духовное возвышение всех миров в этот день. И хотя цикл, состоящий из шести будних дней и Шабата, повторяется бесконечно, ни одна из недель не соответствует другой в точности. Они отличаются друг от друга оттенками Б-жественного проявления, подобно людям, среди которых невозможно найти двух абсолютно подобных один другому. Вместе с тем, первоначальным образцом для каждой недели служат семь дней Творения.

Помимо недели - семидневного цикла, соотносящего время с днями Творения, существует месяц (лунный цикл) и год (солнечный цикл), соотносящие время с цикличностью природных явлений, а также с событиями прошлого, которые приобрели надысторический характер* (--- События прошлого, связанные с Б-жественным откровением, приобретают надысторический характер и повторяются в смысле духовном, когда история проходит виток временной спирали, соответствующий году ---). Месяц в еврейском календаре связан с лунными фазами: начинается он с зарождением новой луны, середина его совпадает с полнолунием, завершается он, когда луна идет на убыль. Большинство еврейских праздников приходятся на середину месяца. При этом каждое первое число месяца обладает собственным духовным значением и занимает особое положение в году. Святость годового цикла, связанного с цикличностью влияния на мир солнца, обусловлена святостью праздников: духовное значение великих событий прошлого непреходяще и экстраполируется на грядущие времена Избавления; настоящее, таким образом, духовно связано и с прошлым, и с будущим.

Все еврейские праздники напоминают о великих исторических событиях: Песах - об исходе из Египта, Шавуот - о даровании Торы на Синае, Су кот - о пребывании евреев в пустыне... Однако роль этих святых праздников не только в напоминании людям о давних событиях - в эти дни каждый раз возобновляется заново Б-жественное откровение, проявившееся однажды. Святость праздников обусловлена как раскрытием во времени вневременного откровения, так и тем, что народ Израиля подготавливает времена к восприятию святости, освящая дни праздников и соблюдая связанные с ними законы.

Помимо праздников - дней, когда возобновляются величайшие в истории Б-жественные откровения, - существуют и другие дни, предназначенные для освящения наступающего года. Праздник Рош-Гашана, например, еврейский Новый Год, - это первый день человека в сотворенном заново мире. В Йом-Кипур, День Всепрощения, открывается святость Всевышнего и человек возносится над всеми мирами. Это становится возможным благодаря прощению, дарованному ему Всевышним; оно освобождает душу от обременяющих ее прегрешений и злых мыслей и способствует очищению каналов связи между человеком и Б-гом.

Так как святость праздника заключена не в самом историческом событии, память о котором он призван увековечить, а в Б-жественном откровении, стоящем за этим событием, то понятно, что далеко не все, происходившее когда-то, достойно быть отмеченным печатью святости. Память об историческом событии - радостном или печальном - может сохраняться на протяжении многих лет, но день, в который это событие произошло, не всегда становится праздником, святым днем. Так, например, годовщина разрушения Храма - день траура для многих поколений, отмечаемый в месяце ав, - напоминает нам о свершившейся трагедии, но не несет в себе той святости, которая характерна для праздников. Этому дню не суждено служить вечным напоминанием о происшедшем когда-то: после того, как очистившийся мир удостоится прихода Машиаха, все несчастья, случившиеся в прошлом, будут преданы забвению. Пока же первые дни месяца ав считаются днями траура и скорби, и на них впоследствии не раз выпадали другие трагические события, умножавшие силу наших горестных воспоминаний о разрушении Храма.

Помимо праздников и траурных дней, когда весь народ постится, принято отмечать даты крупных событий в судьбах выдающихся людей, в жизни знаменитых еврейских семейств, сыгравших важную роль в истории всего народа или отдельной его общины. Годовщина смерти великого человека, например (а великими людьми иудаизм признает только праведников), - это не столько повод к скорби о его кончине, сколько причина для радости при воспоминании о святости этого человека и о достойном завершении им своей духовной миссии в материальном мире. Дни рождения и другие памятные даты в своей жизни каждый отдельный человек отмечает, как правило, ежегодно. Однако самые важные дни из всех перечисленных выше - это праздники, дни. осененные Б-жественной святостью, дни регулярно возобновляемого Б-жественного откровения.

Третий вид святости - это святость человеческой души, качество, обусловленное ее связью со Всевышним. Человек может быть великим, мудрым, преисполненным разнообразных достоинств, но истинной святости он удостаивается лишь благодаря ее Источнику, с Которым он связан. Связь эта может проявляться по-разному. Есть святость, передающаяся по наследству, принадлежащая целой династии, призванной служить Б-гу определенным образом. К этой категории можно отнести святость народа Израиля в целом и святость коганим - Агарона-первосвященника и его потомков, унаследовавших от него священство. Простой человек, исполняя заповеди, может достичь еще более высокой степени освящения: твердо придерживаясь предписаний, касающихся его поведения, и совершенно отдалившись от зла, он достигает более полного единения со Всевышним. Единство высочайшего порядка достигается слиянием человеческого разума с Б-жественной мудростью Торы (--- Здесь следует отметить, что изучение Торы предполагает своей конечной целью исполнение её предписаний ---). Человек, посвятивший всю свою жизнь изучению Торы, всей душой своей стремящийся к ее постижению, тщательно изучающий все законы и заповеди, достигает единения с Торой - одним из проявлений Высшей Святости. Надо всем этим стоит способность человека полностью довериться Творцу, подчинить всего себя, все свое существование Его воле. Тот, кто оказался способным на такое высочайшее самоотречение, достигает самых вершин святости, которая проявляется в нем в зависимости от тех духовных рамок, которыми он ограничен.

Изучая Тору и исполняя ее заповеди, человек тем самым готовит себя к постижению высшей мудрости, чтобы удостоиться руах гакодеш - Святого Откровения; по достижении им этого уровня меняется вся его жизнь. Этого уровня достигали многие великие люди на протяжении всей истории, люди, неразрывно связавшие всю свою жизнь с изучением Торы и исполнением ее повелений. Следующего уровня удается достичь лишь немногим избранным, которые наделены настолько высокой восприимчивостью к Б-жественному свету, что удостаиваются пророческого дара. Но и сами пророчества бывают разных уровней. Некоторые из них являются человеку как внезапное озарение, и тот ощущает себя во власти высшей силы, внушающей ему некие образы и идеи; на более высоком уровне, когда, по образному выражению мудрецов, "Шхина говорит его устами", пророк всю жизнь свою остается тесно связанным с Б-жественной волей, являясь своего рода "каналом" Откровения. А на высочайшем уровне святости человек достигает такого состояния, при котором все его существо и все его действия неотделимы от Б-жественной святости. О таких сказано, что они стали "Колесницей Шхины" и, подобно колеснице, полностью покоряются Тому, Кто сидит на месте возницы, на престоле славы, и сами становятся частью этого престола, хотя и состоят из плоти и крови, как все люди.

Жизнь святого человека становится образцом и примером для всех. Он может быть великим царем, выдающимся мудрецом или духовным руководителем своего поколения, однако может являться и одним из тех скрытых праведников, чья святость остается незамеченной окружающими. Но каким бы образом она ни проявляла себя и сколь глубоко ни коренилась бы в личности человека, она все равно зависит лишь от его связи с Б-жественным светом.

Обычный человек, на долю которого выпала возможность общения со святым, вступает тем самым в контакт с истинной святостью. Чем выше уровень святого, тем сильнее его сходство с ангелом (в некотором смысле он даже выше ангела); он действует как канал святости, передавая Б-жественную энергию из одного мира в другой и даруя ее тем, кого он выбирает, посредством своих благословений, действий и молитв. Человек, вступающий в контакт с таким святым и выказывающий ему свою любовь и преданность, поддерживает этим поток Б-жественной энергии в мире. Именно это и предписывает еврейская традиция: почитать людей, окруженных ореолом святости. Счастливцам, удостоившимся знакомства со святым, - идет ли речь об общении с великим знатоком Торы или с простым евреем, ведущим святой образ жизни, - даруется уникальная возможность приблизиться к Всевышнему. Почтение и любовь к таким людям - это предписывающая заповедь, исполнение которой помогает человеку установить непосредственный контакт со святостью. И так же, как духовная связь со святостью места и времени освящает и возвышает человека, так и контакт его со святым праведником приводит к тому же результату; однако, в дополнение к этому, осознанная передача святым праведником благословения Небес делает эту связь наиболее волнующей и самой глубокой из всех форм контакта человека со святостью.

Сергей Иванцов (Дикий)
I. Миры
II. Б-жественное проявление
III. Душа человека
IV. Святость
V. Тора
VI. Нравственность и проблема выбора
VII. Образ человека в символике иудаизма
VIII. Раскаяние
IX. В поисках самого себя
X. Заповеди
XI. Дополнение. Ритуал освящения субботы (кидуш)
Каббала. Тайное учение
 
Разработка сайтов, простых и сложных
 
Альтернативная музыка
iNgibitor's design
:: © ::
Каббалистика - новая древняя философия Interneta risinājumi :: Интернет-решения